Белая женщина в племени чёрных масаи. Часть 8. Танзания

Часть седьмая http://www.moya-planeta.ru/reports/view/belaya_zhenshhina_v_plemeni_chrnyh_masai_chast_7_tanzaniya_16555/

Дары цивилизации

Масаи слишком отдалены от мира в любом смысле. Телевидение с радио отсутствуют и в двух соседних мусульманских деревнях. Ведь об электричестве тут знают только понаслышке. Но в их жизни появился приятный момент, это сотовая связь, которая иногда пробивается здесь по ночам. У Монти имелся телефон, с которым не расставался. Использовал его в деловом общении с масаи из дальних мест.
А тут вдруг у наших женщин появился ещё один. При каждой свободной минуте мы смотрели видео танцев масаи и слушали их песни. На телефон были записаны профессиональные концерты кенийских и танзанийских артистов. К тому же много фото разных больших городов. Оказалось, что в каком-то соседнем лесу, молодой масаи приехал с городской работы и привёз много видео, загруженных из интернета на телефон. И вот этот телефон пошёл по рукам. Он ходил по горам, по долам, и наконец-то дошёл до нас. Если телефон разряжался, то его заряжали вновь и передавали следующим. У нас он пробыл четыре дня, а потом сбегали в деревню за два километра, зарядили и передали «эстафету» дальше. За этих четыре дня каждый член нашей большой семьи пересмотрел видео и фото не по одному разу.

Особенно радовались дети. Даже маленький сын Эсты, который всегда сидел у неё за спиной, настойчиво требовал увлекательную игрушку, плача крокодильими слезами.

После этого решила сделать Эсте подарок. Я купила ей новенький телефон. Пусть даже музыки в нём ещё не было, зато она теперь могла позвонить ночью своему мужу, если он ушёл в лес в поисках стада. Было столько радости, что мне даже сложно описать. Все приходили смотреть на телефон и убедиться, что это — правда. Теперь уже его все крутили и изучали каждый вечер, но в основном использовали пока, как фонарь.
Так я ещё и фонарь купила! Большой, вроде прожектора и каждый вечер выносила его на улицу и подвешивала к своей крыше. Под фонарь собирались все, а детей просто не возможно было отправить спать, ведь каждое утро они вставали вместе со взрослыми и должны были высыпаться. Только один недостаток был у того фонаря, на него летели все насекомые из лесу. Они бились в него и осыпались вниз, насекомые ползали по стене дома, по земле, по людям, поэтому все усаживались подальше от фонаря.
Неприятным моментом было ещё и то, что все ползучие и летучие пробирались в мой дом в зазоры под крышей, и я жутко переживала за себя. Поэтому перед сном густо брызгала дихлофосом свои «хоромы», где уже были привязаны козлятки и сонные куры забились по углам. Всякий раз переживала за животных, что б выжили. Ведь потом не рассчитаешься!
Четырёхлетний сын Эсты Ленукуэт был маленьким и самым главным пастушком. Весёлый и шумный хохотун, которого даже десятилетние дети слушались.

Смышлёный и хозяйственный мальчишка всегда обо всех заботился. Всякий раз приносил из лесу съедобные листья и плоды акаций на всю семью. Раздавал каждому и в равных порциях. Все эти дары леса были кислее лимона, но ели все и мне приходилось есть тоже.

Читайте также  Белая женщина в племени чёрных масаи. Часть 1. Танзания

Ленукуэт убирал территорию перед домами, собирал мусор, конфетные фантики и все дети ему помогали.

Я его одаривала больше всех. У него было своё закреплённое маленькое стадо, с которым целый день проводил в лесу.

Однажды выйдя утром из дома, увидела его лежащим у стены на мешке из-под маиса. Свою голову укрыл своим же платьем. Масаи, хоть мужчины, хоть женщины, всегда спят, укрыв голову. При этом не особенно укрывают тело. Вот и ребёнок, подумала, что спит. Оказалось, он был болен. Я дала ему таблеток, что б лечение было быстрым. Ясное дело, что есть деревья, коренья, но пока их найдёшь, нарубишь, отваришь – уже и помер. Но я о другом. Его маленькое стадо стояло рядом и ждало, когда он встанет.
Козы и телята стояли, понурив головы. Другие дети отогнали их в лес пастись, а козлята с телятами вернулись через 15 мин. Потом Монти отогнал, так же стадо вернулось. До самого вечера пастушок лежал, а его стадо на него смотрело. Так и загнали их на ночь в загон голодными. Ленукуэт встал на следующий день, как ни в чём не бывало. Энергию некуда было девать, и он сломанной мотыгой перемотыжил всю землю вокруг дома. Снова смеялся и прыгал в одном сандалике, погоняя своим детским посохом телят.

Совсем недавно он имел полный комплект обуви, теперь только один башмак. Так и продолжал ходить в одном, как и многие дети масаи. Этот ребёнок заражал своей энергетикой всех. Телята и козлята прыгали вместе с ним. Было ощущение, что животные и ребёнок говорили на языке чувств. Все вокруг, и взрослые, и дети, начинали смеяться.
После этого случая с выздоровлением ребёнка, ко мне стали приходить масаи отовсюду. У кого-то голова болела, кого-то собака укусила, а кто-то впрок попросить лекарств на случай болезни. Вся моя аптечка закончилась не заметно для меня. Большую часть медикаментов оставила в своей общине.
А тут сезон дождей начался не заметно. Сначала ливни шли по ночам, а потом всё сильнее, да ещё и днём. Мой дом стал течь. Назревала катастрофа с «обрушением крыши». Решила, что надо уезжать и заявила о своём решении. Масаи, видно посовещавшись, отправили гонца в лес и жестом попросили ждать. Подросток к вечеру вернулся. Оказалось, что он был послан за палаткой на соседнюю гору, но дома не было взрослых, только дети, поэтому вернулся пустой. Я просто была растрогана их заботой. Ещё одну ночь пришлось переспать в доме, а утром двое взрослых и я пошли за палаткой.
Две реки преодолели, которые уже заполнялись мутной водой, и колодцы занесло песком, но бурные потоки появлялись только после сильного дождя. Поэтому женщины пока ещё копали ямы и набирали воду. Мои масаи говорили со встречными и путь оказался долог, но палатку добыли. Вернувшись, уже почти ночью её установили под навес, а очаг перенесли в мой дом, дожди его заливали. Коровья шкура в палатку не влезала, можно было её порвать, как и ветками от кустов, поэтому требовался матрас. Его не было, но было тёплое красное одеяло, которое имеет всякий масаи, что бы накинуть на себя в холод. Такое одеяло имела и я. Много раз пожалела о том, что не взяла свою палатку и спальник. Знать бы!
Ещё два дня жила в палатке, но тут заболел следующий ребёнок в семье. Предполагаю, что была дизентерия. Надо было выехать на время. На следующий день, оставив свои вещи у масаи, я отправилась с маленьким рюкзачком в деревню Лингатеи, что бы оттуда уехать на базар в д. Кетето и купить там матрас, а заодно пожить дней пять в отеле.

Читайте также  Танзания. Рыбацкая деревня на берегу озера Виктория

В Кетето за матрасом

Небо в тот день казалось чернее ночи, и я спешила до дождя прийти в деревню. Даже обезьяны ревели, думая, что наступила ночь. Эста дала мне пакет с корнями для чая. Заваривать я уже могла и делала это постоянно, где приходилось остаться на ночь. Каково было моё удивление, когда я пришла в деревню, а меня там тоже ждал пакет с корнями от семьи Мануэля. Хозяин гестхауза мне его и передал. Оказалось, что такие деревья в моём лесу не растут, а только в лесу Мануэля! Удивительно, какое большое значение эти люди придавали всевозможным отварам. Через несколько дней, возвращаясь обратно, я забрала эти корни в общину, чем обрадовала своих масаи. Корни и кору можно было хранить долго, специально масаи ничего не сушили, употребляя всё в свежем виде.
А в тот день, едва я оказалась в своём номере, началось светопреставление! Ураган уносил травяные крыши, поднимая в воздух мусор и пыль. Людей валило с ног. Все бежали от стихии не в силах сопротивляться порывам ветра. Моя железная крыша гремела, как гонг. А потом обрушилось небо! Грохот от дождя стоял такой, что я втянула голову в плечи в ожидании катастрофы. В гестхауз набился народ в мокрых накидках. Я подумала про своих. Как они там, в лесу? Дождь шёл всю ночь, я даже не была уверена что уеду утром в Кетето, ведь только один утренний автобус туда идёт. Но, к моему счастью, утром непогода успокоилась и, прыгая через лужи, в темноте вышла на дорогу. Автобуса долго не было, уже и рассвело и народу поприбавилось, а он появился с опозданием в 2 ч. Размыло дороги в лесах и реки наполнились, проблема с передвижением по грунтовке тут актуальна.
***
В округе моего лесного проживания на сотни километров не было интернета. Ехать за ним надо в Арушу за 600 км. или в Додому, административную столицу страны. Это было бы чуть ближе. По интернету уже скучала, да и домой давно пора было написать, хоть я и предупредила своих домашних заранее, что ищу деревню масаи, что б у них пожить и с сообщением могут быть проблемы, но всё равно хотелось выплеснуть им свои эмоции. В Кетето положила деньги на местный модем АИРТЕЛ, но интернет, любезно предложенный мне в одном из крошечных офисов, не откликнулся.
Тут меня опять остановили на улице люди с удостоверениями и спросили разрешение на пребывание в зоне масаи, снова пришлось врать про транзит. В Кетето разместилась в уже знакомом отеле Riverine. На следующий день уехала в Додому за глотком цивилизации. Об этой поездке расскажу отдельно, а когда вернулась через 6 дней из столицы обратно, то в отеле Riverine я оказалась не одна, группа активистов — преподавателей из 12-ти человек проживала там же. Каждый день они уезжали с утра на митинги, где проводили работу с масаи по всеобщей грамотности, разъясняли им законы страны и её порядки. На их машинах развевались флаги Танзании и в рупор оповещали всех жителей о собраниях. Уж не знаю, как масаи, но мне было приятно, что страна вела борьбу с неграмотностью в ареале проживания этого народа.

Читайте также  Путешествие по Танзании и Занзибару в тринадцати частях. Часть I и II

Вечерами с активистами ходила на ужин. Моё сообщение о том, что живу в лесу у масаи, а в городок приехала, что бы сделать педикюр, вызвало недоумение в кругу моих новых знакомых. Они не могли поверить, что я поеду обратно в лес. Им просто в голову не приходило, что белая женщина из России после своей квартиры со всеми удовольствиями, может оказаться в лесу среди африканского народа, ведущего полудикий и полукочевой образ жизни. К тому же прожить с теми людьми почти два месяца. А мне было трудно им объяснить своё восторженное состояние души, своё счастливое каждодневное пребывание в африканском лесу, который был полон сюрпризов и удивлений.
Вместе с инициативной группой попала на одно собрание, куда меня пригласили. Так мои новые знакомые не лекцию проводили, а меня показывали, как рекламу. Говорили, что живу в лесу и учу детей английскому, что отчасти могло быть правдой. ) Масаи недоумевали, им хоть бы на своём языке писать научиться! А когда я уезжала, то дали мне с собой тетради и ручки для детей из леса.
В Кетето на базаре купила паралоновый матрас для своей палатки, мне его там же аккуратно свернули и завязали в рулон.

Простившись с преподавателями – активистами через несколько дней вернулась в лес, не забыв захватить с собой тетради и ручки, а ещё и пакет с корнями в д. Лингатеи. Там же знакомый масаи одолжил посох, и подвесил мой матрас на него, с договором о возврате.

часть последняя http://www.moya-planeta.ru/reports/view/belaya_zhenshhina_v_plemeni_chrnyh_masai_chast_9_zakljuchitelnaya_tanzaniya_16636/#comment_40792